Tags: связь с собой

Sloth on tree

«Спасибо, ужас! Спасибо, злость! Спасибо, грусть!»

Звучит странно, да? От негативных чувств люди хотят поскорее избавиться, а совсем не благодарить.

Но вообще-то чувства - наши друзья. Они сообщают об обстановке вокруг, поощряют нас двигаться вперед или наоборот, притормозить и свернуть на другую дорогу. Чувства – это дорожные знаки на пути жизни. Разве есть плохие знаки?

«Кирпич» часто недолюбливают, а он ведь просто обозначает чужие границы. Да, куда-то нельзя никогда никому, так бывает, это не значит, что вас не любят.
«Скользкая дорога» предупреждает об опасности. «Жопой чую, не надо мне туда» – вот это оно.
«Пешеходный переход» напоминает о социальных поглаживаниях, например, улыбнуться знакомому при встрече.
«Платная парковка» будто маркирует кабинет терапевта. Да, вы можете оставить свое здесь за определенную плату.
«Уступите дорогу» ранжирует иерархию, появляется рядом с тем, кто вызывает уважение, за кем хочется следовать.

Все вместе знаки регулируют дорожное движение, а чувства – жизнь. За игнорирование чувств можно получить вполне реальные штрафы: разочарование, боль, опасность для жизни, разрушение отношений, психосоматику.

Так что:
«Спасибо, ужас, ты уберегаешь меня от опасности.»
«Спасибо, злость, ты предупреждаешь меня о нарушении моих границ.»
«Спасибо, грусть, ты показываешь мне, что я расстаюсь с ценным.»


А также:
«Спасибо, усталость, ты показываешь, что я трачу больше сил, чем у меня есть.»
«Спасибо, зависть, ты высвечиваешь мои потребности.»
«Спасибо, отвращение, ты бережешь меня от неподходящего.»
«Спасибо, стыд, ты укрываешь мое интимное.»
«Спасибо, обида, ты сохраняешь мои отношения.»


Поблагодарить чувство - один из способов не застрять в мучительном его проживании.
Sloth on tree

Лозунги vs проживание.



Я часто слышу разные психологические лозунги:
«Надо себя любить. Ты хорош просто потому что ты есть.»
«Надо всех прощать.»
«Надо отстаивать свои границы.»


Лозунги рекомендуют повторять как аффирмации, чтобы поменять внутреннее состояние, или вовсе дают как совет поменять свое отношение.

Как сильно лозунг отличается от прожитого в ощущениях, проходящего эмоцией через все тело!

Когда сочными руками растираешь тело горячим маслом и всей кожей подрагиваешь от восторга: «Какая же я классная! Как здорово быть мной!» А внутри щекотным вихрем кружатся мурашки радости, счастья и удовольствия. Когда близкий человек гладит твое тело, шепчет теплые слова и нежность растекается горячей волной по телу. Эту любовь не нужно заслуживать. Наслаждение просто быть в моменте. Дышится легче, счастье и облегчение окутывают теплом, хочется всей кожей завернуться в эти ощущения, как в плед.

Когда несправедливо поступивший человек подходит, смущаясь, и даже еще ничего не сказано, а внутри уже замирает дыхание и стягивает желудок. А потом слышишь слова: «Я это.... вообще это чето было не очень... прости меня...» и даже нет мгновения переварить чувства, только трепет в горле, слезы и мгновенное расслабление от того напряжения, которое было незаметно и только когда оно отпускает, осознаешь, каким сильным оно было. Вот вы уже обнимаетесь и да, да! Конечно, прощаю! Возвращается тепло и нежность между вами, сразу становитесь ближе и доверительнее друг к другу. А тело становится тяжелым, как будто стекает вслед за уходящим напряжением.

Когда кто-то посторонний тянет руки к твоей вещи и внутри начинает клокотать, кожа будто ощетинивается, становится чувствительнее к любому посягательству. Нет. Я не хочу. Не трогай. Челюсть напрягается, верхняя губа начинает подрагивать, а по горлу поднимается тошнота. Из лопаток поднимается импульс и вот уже ладони сжимаются в кулаки. Глаза прищурены и внимательно наблюдают за происходящим. Оттолкнуть? Бежать? Ударить? Мне не нравится. Всем телом не нравится, я против. Я не согласна. Я не хочу.

И вот когда эти ощущения прожиты, причем, прожиты телесно не раз и не два, а десятки, сотни, миллион раз - вот тогда формируется устойчивое телесное ощущение:

«Я хорошая, хорошая просто так, я достойна любви и заботы, мне ничего не нужно для этого делать. Это теплое и уверенное ощущение в теле. Я знаю, как я это чувствую.»

«Я прощаю, когда другой просит прощения, я чувствую искренность в нем и в себе. Определенным телесным образом меня отпускает обида, возвращается любовь, я чувствую это физически. Я знаю, когда этого не происходит, когда я не прощаю.»

«Это мое. Это принадлежит мне. Я защищаю свою территорию. Со мной так нельзя. Нет. Для меня это неприемлемо. Я не хочу. Я буду отталкивать нежелаемое. Уходить. Драться. Защищать себя. Я также знаю, когда я согласна, когда я пускаю ближе, когда я хочу.»


Этот опыт невозможно интегрировать, декларируя лозунги, важно прожить его телом.
Sloth on tree

Быть собой



Размышляю по мотивам вебинара Вероники Крайновой.

Как жить легче и приятнее? Ну или хотя бы более сносно? Один из способов - быть собой.

Быть собой - значит, знать себя, принимать и предъявлять такую/такого.

Знать себя - это знать свой тип темперамента, свой темп, желания, возможности, потребности, ценности. Для изучения себя можно заполнять тесты, спрашивать окружающих, наблюдать за своим поведением, реакциями, чувствами.

Принимать себя - значит, организовывать свою жизнь с учетом знаний. Например, если я знаю, что мне нужно три часа тишины в день - выключать ютюб. Я знаю о себе, что могу пройти 7 км по хорошей дороге – не соглашаться на прогулку 20 км по снежному лесу. Болит желчный после начос – не есть начос. Вымотана после двух часов общения – завершать встречи через полтора часа.

Предъявлять себя таким – показывать и рассказывать другим о своих особенностях.
«Мне так приятно, что ты пригласил меня на прогулку. Я знаю, что не смогу так много пройти, мне жаль, давай придумаем другой способ провести время вместе?»
«Эти начос выглядят аппетитно! Мой живот будет болеть, возьму лучше попкорн.»
«Мне было здорово с тобой эти полтора часа. Я скоро устану, давай заканчивать?»

И следить за изменениями. Потребности меняются, возможности растут, я-пять-лет-назад и я-сегодня – это во многом очень разные я.
Sloth on tree

Осознанность и контроль

Я очень устала от того, что я все время либо осознаю, либо контролирую.

Вся моя жизнь про это, и со всеми курсами, вебинарами, тренингами, упражнениями и учебой, становится все больше и больше только про это.

Контролирую в том плане, что я слежу за едой: взвесить продукты, записать калории, отметить выпитую воду. Контролирую, сколько я прошла шагов и куда мне ещё приблизительно нужно сходить, чтобы добрать нужное количество движения. Контролирую, какие дома есть продукты и какие нужно купить, в какой магазин за ними сходить и как распланировать неделю, чтобы везде успеть. Контролирую выполнение списка домашнего задания по тренингу. Контролирую, покормить Кнопу и дать ей нужные таблетки три раза в день. Контролирую и записываю расходы. Контролирую все параллельные занятия, сейчас это курс по отношениям. Каждый день веду дневник.

Когда я не контролирую, я осознаю. Осознаю тело, когда выполняю домашнее задание про тело. Осознаю чувства, когда мне больно, одиноко и хочется съесть сладкое. Осознаю переживания, когда мастурбирую, когда дрожу, когда смотрю фильм. Сейчас добавились упражнения из Питера Левина, например, я ходила в душ, называла части тела и осознавала ощущения в них.

Все это очень утомительно. Это важно, но иногда хочется просто жить, просто плыть, просто есть и просто тратить деньги.

А как это вообще – просто быть?

У меня очень плохо получается. Если я просто лежу, я все равно что-нибудь контролирую или осознаю. Я, наверное, перестаю это делать только, когда смотрю сериал и одновременно играю в игру – от этого я тоже устаю и это тоже перенагружает мозг. Надо поучиться просто быть. Не надо всегда, ну хотя бы час в день или два.
Sloth on tree

Сегодня я рисую боль детской части от плохих отношений

0BE9654D-1FC4-4C5A-9DDF-51049E29360F

У меня сегодня трудный день. Мне плохо и больно, я хочу домой, я хочу на ручки, больно от всего, я не хочу никого видеть, ни с кем говорить, мне одиноко. Отчаяние и бессилие. Руки опускаются. Все бесполезно. Похудение это. Работать. Надежда на отношения и на секс. Все это режет острым ножом меня пополам и от боли не хочется жить.

Наелась шоколада и пельменей. В желудке было тяжело. Пошла блевать. После этого залезла в горячую ванну. Там плакала. Говорила сама с собой.

Одна часть хочет отношений в любви, где мне легко и хорошо. Я думала, это детская часть, нуждающаяся в маме.

Другая часть знает, что отношения – это больно, страшно, стыдно, мучительно и тягостно, это унижение, насилие, использование и обслуживание. Я думала, это взрослая часть.

А когда я организовала их диалог, оказалось наоборот. Попробовать отношения в любви и быть в парности хочет взрослая часть. Я уже достаточно внутренне выросла, чтобы пробовать строить такие отношения. А боится отношений детская часть, у которой весь опыт отношений мучительный и болезненный. Это она сейчас в шоке, отчаянии, ей больно, стыдно, страшно, она не хочет жить. Я ее обнимала и плакала. Рисовала ее боль.

Вышла на прогулку, шла мимо Старой Риги, музыки и тусовки. Одной частью рвалась туда, другой была в ужасе. Обнимала ту, что в ужасе. Жалела ее. Говорила, что вижу ее, что буду беречь и защищать, что мне жаль, что у нее такой плохой опыт отношений, что ее били, ругали, раздевали, стыдили, виноватили, не уважали, обижали и проламывали границы. Но это закончилось. Теперь есть я, которая хочет отношений во взаимном уважении, безопасности, принятии и учится это узнавать и строить.
Sloth on tree

Сто тыщ тонн



И физические действия и психологические требуют энергии. Ну, это понятно и с этим все согласны.

С физическими затратами более-менее ясно. Вот пять кг легко поднять. А сто? Ну сложно. Можно круглое подложить и рычагом смещать, так перетащить. А тонну? Уже нужна специальная техника. А сто тыщ тонн?
И объективность есть. Ясно, что ребенку пять килограммов тяжело, старушке тоже, а молодому сильному мужчине – легко. А ему же с травмой позвоночника даже три кг нельзя поднимать.

Ну так же и психологическая нагрузка. Что-то легче, что-то сложнее, что-то можно поднять, что-то спорно, что-то с спецпримочками, что-то нет.

И тут вводится НЕВИДИМЫЙ КОЭФФИЦИЕНТ.

Он состоит из силы личности, характера, темперамента, семейной истории, качества привязанности, травм, детского и взрослого опыта, выученной беспомощности, накопленных знаний о мире, полученной и недополученной поддержки, родовых программ, внутренних запретов, субъективных страхов и пр.

Вооооооооооот.

И он к объективному «весу» психологической задачи добавляет невидимый коэффициент. Причем, может в плюс и в минус.

Вот вроде двадцать килограмм поднимаешь, че ж так тяжело-то?! А это внутренние запреты с такой же силой давят сверху.
А иногда ты типа пять поднимаешь, а они сто тыщ тонн сверху наваливают.

Получается, поднимаешь вроде тот же вес, что другие, а по факту он другой, не объективный, изменчивый, с поправкой от невидимых внутренних процессов и со стороны нифига непонятно, в чем сложность поднять 5 кг. Да хоть тонну. Пригнала бульдозер и подняла, делов-то! Один звонок и готово. Ну чуть дороже, зато сделано.

И ни одна сука не видит, что на этой тонне еще сто тыщ невидимых тонн сверху лежат и никакой бульдозер не справится.

Со стороны никогда не знаешь, что сколько для кого весит. Да и про себя не особо, пока специально не изучаешь.

Уважайте свои невидимые коэффициенты.
Sloth on tree

О небезопасности быть с собой

Первые годы терапии я не могла жить без терапевта, мне только с ней было безопасно, я рыдала уходя с сессии, потому что не хотела оставаться с собой.

Не с мамой, не с папой, не с партнером, не с одиночеством, не с врагом – с собой.

И только сейчас, когда мне с собой стало спокойнее и безопаснее, когда я чаще ухожу с сессии без слез, чем в отчаянных рыданиях, я начинаю замечать мелочи, которые создают мне небезопасность с собой.

Массировала грудную клетку – там много триггерных точек, вчера все они спазмировались и заныли, аж больно дотронуться. Ну, я, как обычно, с максимальной силой тыкала себя пальцами туда, где больнее всего, глубоко массировала, прям вдавливала, а где палец не брал, там костяшками или ребром ладони, чтобы побыстрее вылечить, чтобы максимальный эффект, чтобы... да даже без "чтобы", без логики, без причин, просто я привыкла так с собой обращаться.

А моя тер, массируя триггерные точки, всегда ослабляет давление, когда я говорю, что больно.

И я вдруг ослабила. Мягче стала массировать. Да, там где больно, но нежнее, бережнее, деликатнее. Не с целью "ща быстро пробьём зажимы", а ласково заботясь о себе и теле. После этого я так расслабилась! Доверилась себе. Растрогалась, разнежилась, расчувствовалась до слез.

Примерно так же я расчувствовалась в раздевалке тренажерного зала, когда пришла первый раз, сходила на занятие и вдруг не стала себя заставлять еще и изучить всю программу тренажеров, а решила, что на сегодня достаточно стресса и стыда, пойду домой. Сидела в раздевалке и плакала, что не будет насилия, что пойду домой.

Способ обращаться с собой настолько привычен, что его невозможно вычленить и распознать. Как постоянный гул в ушах, например. Я думала, что себя не насилую с тех пор, как перестала причинять физическую боль телу: бить, отрывать мозоли, кусать.

Ничего подобного.

Мой внутренний ребенок предпочитает терапевта. С ней безопасно. Со мной - нифига.
Sloth on tree

(no subject)

Я начинаю замечать, как часто я бываю невпопад с собой, так как делаю либо то, что я хотела раньше, либо то, что я могу захотеть в будущем. Нечасто при этом я попадаю в то, что я хочу прямо сейчас.

Это случается, когда действую из ума, а не из тела.
Sloth on tree

(no subject)



«Я буду делать только то, что я хочу, и то, что я могу. И ни каплей больше. Потому что каплей больше – это уже насилие.»

Хорошо. Я хочу трахаться, но не могу. Но я могу выносить это в терапию. Значит, я буду выносить это в терапию в том объеме, в котором могу. Заставлять себя искать случайный секс - насилие.

«Счастье – это быть самим собой и одобрять себя. И этого достаточно.»
Sloth on tree

(no subject)

Возбуждение поднимает за собой ярость, гнев, обиду, боль, стыд, ужас, отвращение, ненависть.

А еще оно поднимает за собой ТЩЕТНОСТЬ.

Я смотрела расследование авиакатастров и была впечатлена сильнее всего историей о том, как самолет разгерметизировался, пилоты и пассажиры погрузились в сон (ну или что там: обморок, кома, может потом умерли, не знаю), остался один сильный крепкий стюард, который три часа пытался посадить самолет. Он дышал кислородным баллоном, он сел на место пилота, он пытался связаться с землей. Три часа сверхчеловеческих усилий. И тщетно. Он чего-то там не сделал, не переключил частоту, его никто не слышал. Самолет врезался в гору.

Вот этот выпуск.

Так вот возбуждение у меня поднимает вот это чувство сверхусилий за гранью моих возможностей и тщетности этих усилий.